Жрец попытался унять клокочущую внутри ярость, выдохнул и постучал в дверь.
– Иду, иду. – раздалось из-за двери.
Стукнула щеколда, отворилась дверь и показался немолодой уже мужчина с пронзительными голубыми глазами.
– Эээ. – смешался Жрец. – Это... Вы тут живете?
– Нет. Я тут просто дверь открываю. – хмыкнул мужчина. – Вам чего?
– Я бы хотел поговорить с хозяином. – смешался Жрец.
– Здесь ваших хозяев нет. – сообщил мужчина. – И у меня хозяев никаких нет. Так что вы, наверное, ошиблись адресом.
– Это ваш дом? Если ваш – я бы хотел поговорить с вами. – упрямо гнул свою линию Жрец.
– Проходите. – кивнул мужчина и добавил чуть тише. – Только ничего хорошего, наверное, из этого не выйдет.
В доме было прохладно и как-то удивительно спокойно. Жрец с интересом осмотрел незатейливую обстановку гостиной – деревянную мебель, какие-то картинки на стенах, массивный камин, два кресла у камина.
– Небогато. – сказал Жрец.
– Мне хватает. – пожал плечами мужчина. – Удобно и ничего лишнего. Присаживайтесь в это кресло.
Хозяин дома присел, достал из кармана трубку и принялся набивать ее табаком.
– Вы знаете... – начал Жрец.
– Секунду. – остановил его мужчина.
Он набил табаком трубку, прикурил, выпустил облако дыма и сказал, не глядя на Жреца:
– Вот теперь поговорим.
– Вы знаете, я в вашем городе оказался совершенно случайно. Я, насколько вы наверное понимаете по одеждам, верный служитель Гха, единого бога нашего... – начал рассказывать Жрец.
– Гха! – кашлянул хозяин. – Гха-гха.
– Вот именно. – кивнул Жрец. – И когда я остановился на постоялом дворе «Жаба и Олененок»...
– У Сана? – кивнул хозяин, давая понять, что знаком с хозяином постоялого двора.
– У него. – кивнул Жрец. – Мы с ним пытались сторговаться насчет его лучшей комнаты.
– У него всего одна комната. – засмеялся хозяин.
– Это неважно! – пресек Жрец. – Я просил немного уважения к верному служителю бога Гха.
– Гха-гха. – закашлялся вновь хозяин дома.
– Вот именно. – кивнул Жрец. – И этот странный человек сказал мне, что он и к самому богу Гха не испытывает особого уважения. Что уж, мол, говорить о служителях его. Я пытался наставить его на путь истины и рассказал о величии бога Гха. И тогда он начал надсмехаться надо мной и сказал, что мои представления о Гха отличаются от истины. И тогда я впал во священный гнев и хотел забрать жизнь у еретика. Меня остановили посетители постоялого двора. И они мне сказали, что Сан совершенно прав. Что бог Гха живет в этом городе и что я могу в любой момент с ним встретиться. И...
– И вот вы здесь. – кивнул Гха. – Что вас интересует?
– Что значит – я здесь? – выдохнул Жрец. – Вы же не хотите сказать... Вы ведь не можете быть всемогущим Гха?
– Почему? – испытующе посмотрел Гха. – Кто может запретить всемогущему Гха жить в этой дыре?
– Вы не можете Им быть! – выдохнул Жрец. – Вы... Вы безумны!
– Или вы не понимаете помыслов моих. – улыбнулся Гха. – Я могу жить здесь. Весь этот мир – мой. Я могу поселиться в любом уголке его. Вместе с сыном.
– Остановись! – закричал Жрец. – Сын Гха принял муку за всех нас. Сам Гха отправил его с этой миссией. Не пачкай имя его! Даже твое безумие не может быть оправданием.
– Не отсылал я его на муки! Я просто отпустил его погулять. – помрачнел Гха. – Это второй мой сын. Этого я не отпускаю от себя. Он спит сейчас. Поэтому, будьте любезны не кричать в доме.
– Хорошо, хорошо. – попытался успокоиться Жрец. – Чем ты докажешь, что ты и есть Всемогущий?
– Ничем. – пожал плечами Гха. – Мне нет дела до недоверия обыкновенных людей. И я никому ничего не должен доказывать.
– Ты обманываешь этих бедных неграмотных людей! – вновь закипел Жрец. – Ты – самозванец. Ты безумный самозванец.
– Ты имеешь право не верить в меня. – вновь пожал плечами Гха. – Мне до этого нет дела. Разве гора станет меньше, если ее не сможет увидеть слепец? Ты можешь выйти в дверь и жить дальше так же, как жил до прихода сюда. Или ты можешь поверить мне и все равно тебе придется уйти. Просто потому что ты не можешь жить со мной и моим сыном.
– Я всю жизнь служил...
– Я не заставлял тебя служить мне. – перебил Гха. – Я не нуждаюсь в слугах. Мне плевать.
И сплюнул на пол.
– Ты сумасшедший! – выпалил Жрец и ударил ногой.
Он угодил Гха в колено. Бог нецензурно выругался и потер ушибленное место.
– Пошел вон отсюда. – прошипел он. – Вон!
– А ты испепели меня! – вскочил Жрец и схватил Гха за плечи. – Сделай так, чтоб я исчез! Преврати меня в тлен! Давай, самозванец! Останови меня!
Жрец тряс Гха за плечи и бил его наотмашь кулаками. Красная пелена священного гнева застилала его глаза. Гха сначала пытался закрыться руками, затем прекратил сопротивляться и просто негромко стонал. Затем прекратились и стоны.
– Ты сам виноват. – тяжело дыша сказал Жрец бездыханному Гха. – Не надо было играть в это. Ты оскорбил меня и мою веру. Поделом тебе.
– Папа? – в дверях стоял мальчик лет семи на вид. – Что здесь такое...
Жрец схватил со стола нож и медленно пошел на мальчика:
– Прости, дитя. Но я не могу оставить место сомнениям... Они вознесут тебя... Ты должен простить...
В глазах мальчика плеснулся ужас, который сразу сменился откровенной радостью.
– Папа! – радостно закричал он кому-то за спиной.
Жрец хотел обернуться, но не смог. Чьи-то большие и нечеловечески сильные руки схватили его за голову и начали поворачивать в левую сторону. Жрец пытался разжать руки, бил ножом в стоявшего позади, выл и стонал от ужаса и боли.
– Ты можешь убить в себе бога. – раздался голос Гха. – Сколько угодно раз. Сколько тебе захочется. Это твое личное дело.
– Я верю... – закричал Жрец и понял, что он уже смотрит в голубые глаза Бога.
– Но ты не можешь навредить моему сыну! – под треск позвонков закончил фразу Гха.
Он опустил бездыханного жреца на пол и добавил:
– Не во второй раз. Не настолько я плохой отец, как вы все тут думаете.
(с)http://frumich.livejournal.com/325030.html