Двадцатая зима немого ликования.
Напудренной искусно жизни - любование!
Фальшивых встреч, нечаянно запутанная сеть,
Не жалко пожелтевшие листы газет.
Не жаль и то, что уж давно забыто -
В могиле памяти от нас зарыто.
Растет неизлечимая болезнь остывших слов,
Лишь только жаль моих не сброшенных оков.
Я знаю, птицей в небо, мне не улететь,
И тщетны все порывы моих бескрылых плеч.