Его бы мог ободрить я,
Пока его мог видеть;
Сей мрачный образ помню я,
Но как я мог предвидеть,
Что только тот единый миг
Для милосердия дан был мне?
Сейчас я много бы сказал,
Но нет его уж на земле.
Я сам тогда понять был должен,
Как он к любви моей стремится,
Но стыд ко мне, а может гордость,
Ему мешали обратиться.
А я был рядом, полный силы,
Но как я слеп был в этот день.
Он только раз в глаза мне глянул
И прочь скользнул, как-будто тень.
Руки пожатья, слова, взгляда
Ушедшему так не хватало.
Ему помочь не догадался,
И дорогая жизнь пропала.
Таланты в землю с ней зарыли,
И я сейчас над ними плачу,
Но слезы так же мало значат,
Как дождик для песков пустыни.
(Святая царица-мученица Александра Романова)